Александр Карелин: Выскакивать из строя не умею

Опора под рекламным щитом – В Госдуме вы работаете с 1999 года, уже четыре созыва. Перед началом избирательной кампании многие прикидывали, по какому округу пойдет Карелин, где ему будет удобнее, где будет удобнее партии. Никто не допускал, что вы не будете участвовать в очередных выборах. Это было настолько очевидно? Для вас не было другого варианта?

– Я должен признаться, что работенка эта не моя. Я сейчас не буду далеко угонять в историю, как я во всем этом оказался, но есть одно «но» – у меня это получается. И тогда, в 1999 году, и сейчас я убежден, что, создавая, строя «Единую Россию», мы делаем государство сильнее. И сейчас, несмотря на то, что я служу в Государственной думе, являюсь участником комитета по международным делам, активно принимаю участие в «закрытой части»… Я и тогда, и сейчас убежден, что «Единая Россия» – это сегодня единственный инструмент, который делает систему управления стройной. И мы не только за «сладкое» отвечаем, но и «горькое», за все, что в стране происходит.  Опираясь именно на наш опыт, на наши возможности к объединению, был создан чуть позже и Общероссийский народный фронт, именно так – ОНФ по нашему образу и подобию. Вспомните, в 1999 году, мягко говоря, достаточно контрастно выступали «Единство» и «Отечество – вся Россия», регионы, а потом нашли в себе силы – вначале объединиться в союз, внутри сделать согласованными продвижения, убрали часть популизма. Госдума стала скучнее с нашим приходом, это тоже можно признать. С нашим приходом Госдума стала не такой. Не такой активно «разбирательной», дерущейся, обливающейся и тому подобное. Потому что появилось нечто цементирующее, монолитное, построение в центре зала – центристы. Меня это очень устраивает. И тогда, и сейчас строил организацию, понимая и видя все изменения, которые происходят. Было и стремление удивить всех статистическими показателями – сколько членов партии (хотя всегда считал, что важнее качество). Мы пережили историю с ревизией, кто-то из ваших коллег прилепил нам историю с партийной чисткой. Сейчас у нас куча новаций происходит. Например, предварительное голосование. Особенно оно пугает тех, кто оценивает его в деньгах. Я к такой категории никогда не относился, я оцениваю его как проверку личного – насколько ты сможешь быть убедительным перед собеседником. Когда кто-то говорит, что «у меня своя программа», я говорю: подождите, если вы идете от «Единой России», то программа у нас уже есть. У нас и доктрина, и программа, и кого мы поддерживаем – очевидно, ясно. Поэтому вопрос: насколько ты будешь убедителен в общении, почему именно ты эту программу поддерживаешь, и почему именно ты – опора под рекламным щитом. –

Предполагается, что во время праймериз будут обсуждаться пять тем, которые затем лягут в программный документ к 18 сентября (разговор состоялся до начала дебатов – прим. ред.). Региональной тематике найдется место в предвыборных дискуссиях?

– Это как в олимпийской деревне, в «русском доме». Вы видите на экранах яркие моменты выступления спортсмена, а его тренер – сколько раз он умер на тренировках, чтобы на пьедестал вскочить, чтобы страна потом встала, когда играет гимн. Вот где жизнь, а не во всей этой накипи. То же самое – федеральная повестка. Детские садики у нас актуальны? Если судить по отчетам – уже нет. Но подождите. Да, мы выполнили, у нас нет очередей, но текущее все равно возникнет – у нас демографические показатели положительные, не забывай. Вот это больше всего мне нравится в работе депутата. Жизнь-то все равно продолжается… Совершенствование муниципального управления – мы же все равно меняемся, налоговое законодательство, экономика. Все вопросы имеют очень четкую, я бы сказал, региональную, новосибирскую привязку, очень четкую, любые. Хоть международную обстановку возьмите. –

Для региональной политики эта тема актуальна?

– А самолеты, а занятость? Раньше были времена, и либерализм блуждал тут – собирали четыре самолета в год, сейчас – 20 (имеется в виду работа Новосибирского авиационного завода имени Чкалова, который производит Су-34 – прим. ред.). Совершенно другой коленкор. А здесь все – и бюджетные возможности, и трудоустройство, и профессиональное училище, которое готовит этих ребят, которые все это умеют, из которых потом кулибины появятся. Все это касается нас напрямую, все. – В праймериз «Единой России», как и на непосредственно выборах, есть фавориты, но есть и технические кандидаты, спарринг-партнеры. Прошлые праймериз, например – перед губернаторскими выборами, не казались столь уж эффективным инструментом внутрипартийного отбора…

Интересны условия проведения выборов, интересны нам, наблюдателям. Но, наверное, не совсем удобные для участников процесса.

– Непривычные. У нас раньше были два городских округа, два сельских. Была даже специализация кандидатов. Особенности – да, их можно сложностями назвать, но, я считаю, ничего критичного. Мы должны быть одинаково убедительны и в городском округе, и в  сельской территории. И там, и там. И уровень, возможности, спортсекции, досуг, кинотеатры, оснащение сельских клубов… Я намеренно про школы с больницами не говорю, об этом много сказано, нужно чтобы они были соразмерны. В идеале – все, что происходит внутри Садового кольца, так же должно транслироваться на всю остальную территорию. Сложно выполнимая задача, бесспорно. Но я считаю, что это единственно правильный ориентир, который мы должны перед собой поставить.

– Как было предпочтительнее для вас – по одномандатному округу или по списку? 

– По одномандатному интереснее. Это же живые встречи, это совершенно другой график, другая плотность. Куча человек меня знает, я сейчас могу исказить, но примерно за кампанию 150 встреч. Но до них же еще надо доехать. Это тяжело, но интереснее.  Когда ты приходишь, рассказываешь о себе, о том, что сделано, а еще лучше том, как ты представляешь себе это сделать. О том, что каждый ответственен за все за это. Я хоть по списку, хоть по одномандатному округу – никогда не пытаюсь экономить на встречах. Я убежден, что это единственная возможность вообще добиться какого-то понимания или хотя бы показать свою позицию.

– Как вы относитесь к попыткам оценки работы депутатов? Многие вас критикуют за то, что не выступаете с законодательными инициативами. Какие критерии вы сами для себя определяете, которые помогут понять, хороший вы депутат или нет?

– Я плохой депутат. Если вы говорите о моей самооценке – я плохой депутат. Потому что я не отношусь к категории буквоедов. Выражая свое отношение, я не руководствуюсь конъюнктурой. Кто-то считает, что депутатская деятельность, она политическая. Но мы же пишем инструкции по использованию – по применению бюджетных норм, уголовного кодекса, жилищного.  Зачем мне быть инициатором законотворчества? Я, в конечном счете, голосую. Если это касается Жилищного кодекса или стандарта градостроительного, в котором написано, например, что ни один новый микрорайон не может быть построен без детсада, школы и магазина; детсад должен быть с бассейном, в школе должны быть рекреации. Записаться и сказать: это я? Выскакивать из строя, «кто на маслозавод? – Я!»? Я так не умею. И в этом мой недостаток. Выступления не могут быть в основе оценки деятельности. Я вел партийную программу по строительству студенческих ФОКов и бассейнов, потом программу на 2,5 миллиарда по строительству спортивных стадионов. Мы же, партия, фракция все это делала. Из года в год эта «двушечка» была, она есть, куча объектов построено. Бассейн в Новосибирском университете экономики и управления построен тоже по партийной программе. Но я не считаю и не вижу за собой права приходить и говорить: вот эти два метра асфальта – это я, как бы ни пытались меня в это втянуть, мне это неинтересно.  Для депутатов любого уровня «квадратно-гнездовой» метод оценки эффективности работы не подходит. Депутаты Государственной думы создают предпосылки для организации нашей жизни в массе разнообразных проявлений. Законов, читайте – инструкций для применения, принято достаточно; чтобы оценить, какие эффекты они приносят надо эти законы исполнять, своевременно дорабатывать, поскольку ситуация в экономике, социальной сфере, политике может меняться очень динамично.  Критерии качества работы депутатов – выполнимые обязательства, которые заложены в бюджете, и определяются кодексами: Градостроительным, Административным и другими, осознание людьми ценности стабильности и поступательного развития государства.

Интервью взято с sibkray.ru